Ненасытная бабушка

Увеличить текст Уменьшить текст

Елизавета Сергеевна стояла на коленях посреди комнаты второго этажа большого дачного дома. Она была голой. Ноги широко разведены. Двигаясь вверх-вниз, она насаживала себя на большой, твердый, резиновый член, который удерживала у пола руками. Все это сопровождалось хлюпающими звуками влагалища и стонами самой женщины. Елизавете Сергеевне был шестьдесят один год. Но для своих лет она неплохо сохранилась, хотя на тридцатилетнюю женщину она, конечно, была уже не похожа. Совсем толстой назвать ее было нельзя, — полная. На животе не очень большие складки. Морщины на лице и на теле, но настолько их было немного, что они ее практически не портили. Большие сиськи с коричневыми сосками свисали до живота и не были такими упругими, как в молодости. Густые черные волосы на лобке. Большая половая щель с большими же, мясистыми половыми губами. Полные ноги, на которых в некоторых местах уже проступали вены, но опять же не слишком заметные. Чувствуя приближение оргазма, женщина увеличила темп, все быстрее и резче насаживая себя на член. Смазка обильно увлажнила его и он ходил во влагалище свободно.


«Сейчас…сейчас…Еще чуть-чуть…», простонала Елизавета Сергеевна, и в этот момент услышала шум въезжающей во двор машины и долгий автомобильный гудок. Сегодня дочь должна была привезти внуков на лето, но она не ждала их так рано. С сожалением вставая с колен и вытаскивая из себя скользкий член, Елизавета Сергеевна подхватила с кресла легкий сарафан и выглянула в окно. Во дворе стоял черный джип, из которого вышла ее дочь, Катя. С задних мест выпрыгнули две девочки, Маша и Женя, а за ними вышел внук, Антон. Накинув сарафан на голое тело, Елизавета Сергеевна с досадой погладила толстый член, положила его в шкаф и пошла на первый этаж встречать приехавших. Входная дверь распахнулась и в дом вбежали две внучки. Они с радостными криками подбежали к бабушке и бросились ей на шею.
«Бабушка ! Как мы рады тебя видеть ! Как мы соскучились !», затараторили они.
«Я тоже по вам соскучилась, любимые», улыбнулась Елизавета Сергеевна, гладя девочек по головам. За ними вошел Антон, тащивший две сумки. Последней вошла дочь Катя. После долгих и радостных приветствий Елизавета Сергеевна сказала…
«Ну что, детки, давайте поедим. Мама ведь наверное спешит».
«Да, мне нужно к часу быть на работе, но пара часов у меня еще есть. Так что я и позавтракаю с вами, и еще помоюсь. А то у нас горячую воду отключили. Можно баню протопить, мам ?»
«Конечно можно. Сейчас мы Антошку отправим баню топить, а сами пока накроем на стол»…
Когда все поели и обменялись новостями, Елизавета Сергеевна сказала…
«Ну, детки, идите пока погуляйте, а мы с мамой пойдем в баню. Она уже как раз готова. А то маме скоро уезжать. А потом и вы помоетесь». Маша с Женей убежали на улицу, а Антон пошел на второй этаж и сел перед телевизором. Бабушка поднялась на второй этаж, взяла из шкафа какой-то пакет, полотенце, и они вместе с мамой отправились мыться.
Антон сидел перед телевизором. Настроение у него было плохое. Он абсолютно не хотел сидеть все лето на даче. Одной из основных причин было то, что все свои порнографические журналы и кассеты пришлось оставить дома, чтобы при переезде их не нашла мама. Антону было двенадцать лет. Он родился «между» своими сестрами. Маше было тринадцать, а Жене — одиннадцать. Волос на лобке у него еще не было, но член уже стоял, хотя и был еще не очень большим. Как и у любого подростка член его вставал практически по любому поводу. Он очень часто дрочил, смотря порнофильмы и журналы и представляя различные ситуации с разными женщинами. Пытался подглядывать за девочками в раздевалках, но это никогда не удавалось. Вот и сейчас, несмотря на плохое настроение, член его опять встал. Антон прислушался, нет ли кого в доме. Нет, все тихо. Тогда он расстегнул шорты, приспустил их на бедра и начал дрочить. Но в отсутствие всей порнухи, оставщейся дома, дрочить ему было неинтересно. И тут он вспомнил, что еще прошлым летом нашел в стене кладовки, имеющей с баней общую стену, широкую щель, но не успел ее опробовать, потому что находка обнаружилась случайно в последний день пребывания на даче. Не теряя больше ни секунды, Антон натянул на себя шорты и побежал в кладовку, надеясь, что мама с бабушкой еще не помылись.
В кладовке было темно. Повсюду стояли лопаты, ведра, грабли и еще что-то. Стараясь двигаться как можно тише, мальчик прильнул к щели между бревен и сердце его учащенно забилось. На одной из полок, прямо напротив щели, сидели мама с бабушкой. Вид был замечательный. Они уже вероятно, помылись, и теперь просто отдыхали. Мамина голова лежала на плече у бабушки. Они о чем-то говорили.
«…я понимаю, тебе тяжело, так же как и мне», говорила мама, » но может еще подождать ? Они же еще маленькие».
«Ничего они не маленькие», ответила бабушка, «Тебе было двенадцать, когда мы занимались сексом в первый раз». Антон не мог поверить тому, что он слышал. Мама с бабушкой…лесбиянки !? Член его моментально отреагировал на бабушкины слова. Расстегнув шорты и спустив их на щиколотки Антон принялся медленно его поглаживать, а женщины продолжали говорить.
«Все эти вибраторы, шарики, фильмы, книги, журналы, — это конечно хорошо, но мне этого не хватает. Я хочу полноценно трахаться. А тебя ведь не дождешься. Ты все время на работе, да и живете вы отдельно», говорила бабушка, «Да и у тебя наверное тут все горит». С этими словами она протянула руку к маминой промежности и начала ее поглаживать. Мама застонала и благодарно улыбнулась бабушке. Рука ее потянулась к бабушкиной сиське и ухватилась за сосок. Теперь застонала бабушка.
«Ты ведь наверняка сама об этом думала. Признайся», продолжала бабушка.
«Да, мам, думала. Но я боюсь. Вдруг они не согласятся».
«Не бойся. Все будет в порядке. Я тоже боялась сначала, а потом видишь как все у нас с тобой хорошо получилось. Тем более, что начну все равно я. Твои дети в таком возрасте, что они не могут не согласится. Вспомни себя в детстве». С этими словами она встала перед мамой на колени и сказала…
«А сейчас закончим этот разговор. Все уже решено. Так что не думай больше об этом. А мамочка сейчас полижет твою письку, маленькая моя. Хотя нет, писька у тебя была в детстве. А сейчас у тебя пизда. Не так ли ?»
«Да, мамочка. У меня мокрая, горячая пизда. И она так соскучилась по тебе. Я брею ее каждое утро. Ведь тебе же нравится, когда она голенькая».
«Да, малышка. Я люблю твою пизду». С этими словами бабушка наклонилась и впилась губами в мамину промежность. Мама застонала, спина ее выгнулась. Руками она мяла свои небольшие сиськи с твердыми сосками.»Да, да. Вылижи меня. Съешь меня. Я хочу, чтобы ты выдоила из моей пизды своим ртом все мои соки. Да…Вот так… О, я так давно этого не чувствовала. Мамочка, ты лижешь лучше всех на свете…О-о-о…У тебя такой замечательный язык…О-о-ох… Укуси меня за клитор. Мне так нравится, когда ты это делаешь… О-о-о, да-а !»Антон, наблюдая за происходящим через щель в стене, был потрясен. Но и ужасно возбужден. Член был напряжен до предела и пульсировал как бешеный. Мальчик уже ничего не соображал. Он только смотрел на маму с бабушкой и быстро дрочил.
Вскоре бабушка поднялась с колен, села на полку рядом с дочерью и наклонила ее голову к своей промежности.
«А теперь мамина очередь отдохнуть. Давай, сладкая моя, полижи у мамочки. Я вся мокрая. Лижи сильнее…М-м-м…Я так люблю, когда ты засасываешь мою пизду в свой маленький ротик…А-а-ах, о-о-о… Вот так, вот так доченька…Да, да, трахни меня своим язычком…Быстрее, быстрее…» Катя спустилась с полки и встала перед матерью на колени. Ноги ее были широко разведены. Правой рукой она мяла мамины сиськи, а левой быстро терла свой клитор. Рот ее при этом ни на секунду не отрывался от маминой промежности. Елизавета Сергеевна стонала все громче и громче. Вскоре все ее тело задрожало, глаза закрылись. Антон увидел, как бабушка, крепко обхватив ногами мамины голову и шею, с силой вжимает ее в свою пизду. Мама уже обеими руками терла свой клитор и протяжно стонала. Вскоре ее тело тоже затряслось. Ноги сжались. Она стала резко дергать тазом как бы навстречу своим ладоням. Антон, непрерывно дрочивший свой член, не мог больше сдерживаться. Из раздувшейся головки брызнули сильные струи спермы. Ее брызги летели на стену, на живот, на ноги мальчика, и даже когда закончились, он все еще продолжал дергать свой уже начавший опадать член.
Через некоторое время обе женщины затихли и несколько минут сидели без движения и только тихо постанывали. Елизавета Сергеевна — на полке, откинувшись спиной на стену. Ноги ее все еще обхватывали голову дочери, прижимая ее к своей промежности, но уже не так сильно. Катя — на полу на коленях, уткнувшись лицом в мамино влагалище. Антон, прийдя в себя после оргазма намного быстрее, опять прильнул к отверстию в стене и стал ждать, что произойдет дальше.
Наконец бабушка открыла глаза и спустила ноги с маминых плечей на пол. Мама подняла голову и глубоко вздохнула. Руки ее гладили бабушкины ляжки.
«Маленькая моя», улыбнувшись сказала бабушка, «Ты доставила мамочке такое удовольствие. Я уже давно так не кончала. Иди ко мне, моя хорошая». И она помогла маме подняться и усадила ее к себе на колени. Они стали целоваться и гладить соски и промежности друг друга. Через некоторое время их движения стали быстрее и жестче. Антон снова услышал глубокие стоны. Обе женщины опять возбудились. Член Антона стоял уже давно, и он медленно поглаживал его правой рукой. Ладонь левой сильно сжимала яйца.
«О, солнышко. Ты так заводишь меня. Мамочка опять потекла. Встань-ка на секунду. Я захватила с собой игрушки для нас», сказала Елизавета Сергеевна, поглаживая левый сосок дочери. Катя слезла с ее колен, встала и, немного согнув ноги в коленях, начала поглаживать свой клитор глядя на мать. Елизавета Сергеевна подошла к вешалке и сняла с нее пакет, который брала из шкафа на втором этаже перед тем, как идти мыться.
«Это мне», сказала она, вынимая из пакета вибратор и включая его. Поводив им немного между половых губ, она вставила его почти до конца себе во влагалище. С губ ее сорвался тихий стон. «А это, доченька, — для тебя». С этими словами она вытащила из пакета узкие кожаные трусы. Катя, увидев «игрушку», предназначенную ей, застонала и стала быстрее тереть свою промежность. Повесив пакет обратно на вешалку, Елизавета Сергеевна с трудом натянула на свое полное тело узкие кожаные трусы, еще сильнее вдавив вибратор во влагалище. Спереди из трусов торчал большой, черный член.
Антон увидел, как мама опустилась на четвереньки, и виляя задницей поползла к бабушке. Бабушка смотрела на нее и улыбалась. Ее правая рука поглаживала толстый, резиновый член. Мама, оказавшись около бабушки, высунула язык и провела им от пальцев левой бабушкиной ноги до трусов. Затем повторила то же самое с правой ногой.
«Да, ты хочешь его», сказала бабушка. «Ты хочешь этот большой член, моя маленькая шлюшка. Ты его получишь. Но сначала — отсоси у меня. Давай, ну…» Мама встала на колени и обхватив твердый член правой ладонью направила его в свой рот. Отодвинула голову назад. Член с хлюпающим звуком выскочил наружу. Мама высунула язык и стала облизывать его, дроча правой рукой. Бабушка стонала и мяла обеими руками свои большие сиськи. Она начала двигать тазом вперед-назад, трахая маму в рот резиновым членом. Руки она положила маме на затылок и начала подталкивать ее голову себе навстречу. В этот момент Антон чуть не кончил, но он хотел дождаться, когда снова кончат мама с бабушкой. Поэтому он отпустил свой член и прикрыл на секунду глаза. Открыв глаза он снова прильнул к щели и услышал бабушкин голос…
«Ты замечательно сосешь, шлюшка. А теперь пора тебя трахнуть. Ты хочешь этого ? Хочешь, чтобы я тебя трахнула этим здоровым членом ?»
«Да мамочка, пожалуйста. Я вся горю. Пожалуйста, трахни меня».
«Ну хорошо. Иди к полке и встань раком…Вот так…А теперь раздвинь руками свою пизду, мне будет тяжело вставлять в тебя такой толстый член».
«О да, мамочка, он действительно очень толстый, но я хочу его». С этими словами мама, положив голову на полку, протянула руки назад, и ухватив обеими ладонями ягодицы, потянула их в стороны, раздвигая свою промежность. Антон, к сожалению, мало что увидел. В бане было сумрачно, да и мама находилась к нему в полоборота. Зато бабушке, вероятно, все было отлично видно.
«О, какая у тебя маленькая пизда. Тебе придется постараться, чтобы принять в себя этот хуй», сказала она. Антон снова отпустил свой член и прикрыл глаза, борясь с подступающим оргазмом…
Елизавета Сергеевна поводила членом по влагалищу дочери, приставила толстую головку к о входу и слегка надавила. Потом сильнее, сильнее. Катя застонала. Пальцы еще крепче вцепились в раздвинутые ягодицы. Толстый черный член понемногу проникал внутрь.Елизавета Сергеевна остановилась, давая дочери возможность привыкнуть к нему.
«Сейчас мамочка трахнет свою маленькую шлюшку. Ты ведь мамочкина шлюшка ? Мамочкина блядь ?», сказала она, и не дождавшись ответа, звонко шлепнула дочь по правой ягодице. На коже отпечатался красный след ладони. Катя встрепенулась и простонала…
«Да, да мамочка. Я твоя маленькая шлюшка. Трахни меня, пожалуйста. Я больше не могу терпеть…» И тут Елизавета Сергеевна резко двинула тазом вперед, вгоняя член почти целиком. Катя вскрикнула и подалась навстречу матери, сама себя насаживая на член. Елизавета Сергеевна подождала еще немного и принялась трахать дочь, все увеличивая и увеличивая темп. Вскоре Катя уже даже не стонала, а кричала. Она убрала руки, раздвигавшие ягодицы и терла обеими ладонями клитор.
«Да…да…А-а-а, мамочка-а родненькая…Трахай меня…Бы…стрей…По… …пожалуйста… Выеби меня…Еби меня, чтобы у меня пизда неделю болела… А-а-а». Катя почувствовала приближение оргазма и стала быстрее насаживать себя на твердый член. По ее телу пробежала дрожьи она кончила с хриплыми стонами. Вид кончающей дочери, да и работающий вибратор во влагалище сделали свое дело. Елизавета Сергеевна рывком стянула трусы с членом до колен. Из мокрого влагалища на пол выпал скользкий, блестящий вибратор. Прислонившись к стене, она с огромной скоростью стала тереть свой клитор, и через несколько секунд тоже кончила. Антон за стеной уже размазывал по животу капли спермы.
На этот раз и мама и бабушка приходили в себя еще дольше. Мама так и осталась стоять раком, положив голову на полку. Бабушка медленно сползла по стене и так и осталась сидеть, медленно поглаживая промежность… Минут через пять мама медленно встала и на подгибающихся ногах подошла к бабушке. Подняв с пола вибратор она взяла его в рот и еще немного пососала, слизывая с него бабушкины выделения. Бабушка открыла глаза и улыбнувшись погладила маму по груди.
«Ну что, доченька, чуть-чуть отдохнем и продолжим ?», сказала она.
«Я бы с радостью, мам», с явным сожалением сказала мама, «Но мне пора на работу».
«Как всегда. Тебе постоянно пора на работу», проворчала бабушка, «Ладно, пойдем еще раз в душ, ополоснемся».
«Мам, не обижайся пожалуйста. Я приеду через неделю, в следующее воскресенье. Тем более, я же оставляю тебе своих детей. Ты еще не забыла ?» Бабушка шлепнула маму по попе, они поцеловались и вышли в душ. Антон быстро натянул шорты и выскочил из кладовки на улицу. Свежий ветерок приятно обдувал вспотевшее тело, и задувал в шорты, охлаждая разгоряченный, натертый член. Быстро пробежав от бани до дома, мальчик поднялся на второй этаж. Здесь никого не было. Он подошел к бабушкиному шкафу и открыл дверь. От пола до потолка — полки с бельем и одеждой. Захлопнув эту дверь, Антон открыл следующую. Сердце его учащенно забилось. В этом отделении тоже было много полок, но все они сплошь были забиты кассетами, порноответила Елизавета Сергеевна и улыбнувшись ущипнула дочь через блузку за сосок. Катя покраснела и оглянулась на детей, но они уже были заняты своими делами и на нее не смотрели. Еще раз попрощавшись со всеми, она села в машину и выехала из ворот. Мама и дети махали ей вслед…
«Ну что, детки. Мама уехала, теперь идем мыться. Быстро все в баню. Бегом», сказала бабушка, закрывая ворота.Маша с Женей тут же побежали к бане. Антон остался стоять. Внутри у него как будто что-то оборвалось. От страха даже выступил на лбу пот. Журнал же все еще под футболкой. Что будет, если бабушка его увидит ? И тут пришла спасительная идея. Осторожно стянув с себя футболку, Антон незаметно вложил в нее журнал и сказал…
«Бабушка, я пойду только футболку отнесу домой и прийду. А то очень жарко».
«Ну давай, только быстрее. Мы тебя ждем», ответила бабушка и пошла догонять девочек. Антон вбежал в дом. Оглянулся по сторонам и вытащив журнал из футболки засунул его под матрас. Бросив футболку на кровать он со спокойной душой отправился в баню.
В бане было жарко. Антон сразу покрылся мелкими капельками пота. Маша с Женей сидели на скамейке в предбаннике, о чем-то разговаривали и смеялись. Бабушка вешала на крючки полотенца. Повернувшись к Антону она сказала…
«Ну вот, Антошка пришел. Теперь можно идти мыться». Маша с Женей недоумевающе уставились на бабушку. Маша спросила… «Бабуль, мы что, вместе будем мыться ?»
«Да», ответила бабушка, «А что такое ?»
«Но…но ведь…мы не можем мыться вместе», запинаясь, сказала Маша.
«Это еще почему ?»
«Потому что Антошка — мальчик».
«И что из этого ?»
«Ну бабушка, ты что, не понимаешь ?», вступила в разговор Женя, «Мы же мыться то будем голые. Как же мы можем мыться с Антошкой».
«Очень просто. Так же, как и мылись бы без него. То, что Антошка мальчик, ничего не меняет», ответила бабушка, как будто не понимая, о чем говорят внучки.
«Ну бабуль…», попыталась вновь заговорить Маша, но Елизавета Сергеевна ее перебила…
«Хватит разговоров. Мы будем мыться все вместе. Может вы стесняетесь ? Это зря. Стесняться нечего. Мы друг другу — родные. Я — ваша бабушка, вы — брат и сестры. Тем более вы у меня все такие хорошенькие, что я уверена, что голенькие вы будете еще лучше. Ну все, нечего стесняться. Раздевайтесь», и она выжидающе посмотрела на внуков. Антон уже начал понимать, чего добивается бабушка, но никак не мог в это поверить. И вдруг он вспомнил подслушанный разговор мамы с бабушкой и вдруг все окончательно понял. От этой догадки у него даже перехватило дыхание. Член моментально напрягся и уперся в шорты, доставляя мальчику неудобство и даже небольшую боль. Антон покраснел и попытался незаметно поправить свой вставший член. Но скрыть движение не получилось. Бабушка, оглядывавшая внуков по очереди, посмотрела в этот момент на Антона, но истолковала его движение по-своему…
«Вот Антошка молодец. Наконец-то. И правильно. Нечего бояться. Покажи пример своим сестренкам. Давай-ка я тебе помогу», сказала она.
«Нет, бабушка, не надо», испуганно вскрикнул Антон, но было уже поздно. Елизавета Сергеевна, ухватившись за шорты обеими руками, рывком сорвала их вместе с трусами до колен. Напряженный член мальчика отпружинил и звонко шлепнул по безволосому животу, оставив на нем влажный след от смазки. Маша с Женей смущенно захихикали, а Антон покраснел еще больше и попытался прикрыть член руками.Бабушка отвела его руки в стороны и сказала…
«Не надо. У тебя хорошая пиписька и нечего ее стыдиться и прятать. А девчонки еще глупенькие, потому и смеются. Но скоро они поймут свою ошибку. А теперь раздевайся дальше сам», она подмигнула внуку и как ни в чем не бывало повернулась к девочкам.
«Теперь ваша очередь». Девочки тоже покраснели и стояли, опустив глаза. Но Елизавета Сергеевна замечала их короткие, заинтересованные взгляды, которые они то и дело бросали на торчащий член брата. «Я была права, Катенька», подумала Елизавета Сергеевна, мысленно обращаясь к дочери, «Они уже не маленькие, и я думаю, не такие уж невинные. Вон у Антошки член как натерт. Видно, только недавно дрочил, причем не один раз. Наверное, пока мы мылись. А девочки так и пялятся на его член. И глаза у обеих горят. А Маша и вовсе ноги свела и ерзает задницей на лавке. Да-а, думаю, все пройдет намного легче, чем я предполагала». От этих мыслей Елизавета Сергеевна сильно возбудилась. Соски напряглись, проступая через тонкий сарафан, влагалище увлажнилась, появилась сладкая тяжесть в паху.
«Ну, если вы все еще стесняетесь, то давайте я первой разденусь», обратилась она к внучкам и стянула через голову сарафан. Дети увидели сначала полные бабушкины ноги, потом волосатый лобок и наконец большие сиськи, свисающие на живот. Все опять покраснели и засмущались. Елизавета Сергеевна повесила сарафан на крючок и подошла к Маше.
«Теперь ты. И давай быстрее, а то баня остынет». Маша медленно поднялась с лавки и посмотрела на брата. Он уже снял кроссовки, шорты и трусы, и сидел совершенно голый на стуле. Между ног у него висел маленький, сморщенный член, опавший от волнения. Брат во все глаза смотрел на нее.
«Бабушка, я так не могу», заныла Маша, «Я не могу перед Антошкой».
«Хватит ныть», сердито ответила бабушка, «Он же перед тобой разделся. Так что ты теперь просто обязана это сделать». Елизавета Сергеевна подошла к внучке и начала снимать через голову ее футболку. Когда показались маленькие, еще детские сиськи с напряженными сосками, она еле удержалась, чтобы не ухватиться за них.
«Какие маленькие. Как теннисные мячики. Совсем как у матери в детстве. Надеюсь, лобок у нее еще без волос», подумала она и начала стягивать с Маши коротенькую юбочку, а потом и белые трусы.
«Ну вот и все. Ничего страшного, ведь правда ?», сказала бабушка, «Заканчивай сама. А мы сейчас Женечкой займемся…» Маша стояла красная, как рак. Одной рукой она закрывала свои маленькие сиськи, а другой — безволосый лобок. На шее висела поднятая футболка, а на коленях — спущенные трусы и юбка. Она подняла глаза и посмотрела на брата. Антон буквально пожирал ее горящими глазами. Член опять напрягся и немного подрагивал. Под взглядом сестры, мальчик поспешно прикрыл член руками и опустил глаза. Маша начала стягивать с себя одежду. В это время бабушка полностью раздела Женю, и опять подошла к Маше, помогая ей снять юбку. Женя стояла, опустив руки по швам, как ей и сказала бабушка. Ее тело было совсем детским. Плоские бедра и попка. Совсем маленькие, почти незаметные, но все таки немного выделяющиеся от грудной клетки сиськи. Разве что размером сосков она не уступала своей сестре.
Наконец все были полностью раздеты. Бабушка улыбнулась внукам и позвала всех за собой, в душевую…
Около получаса все мылись. Елизавета Сергеевна только ополоснулась под душем и стала помогать внукам мыться. Вскоре первоначальное смущение начало проходить. Дети уже были не так скованы, начали общаться друг с другом. Девочки опять начали хихикать. Пару раз Елизавета Сергеевна замечала, как Маша, стараясь делать все как можно незаметней, просовывает ладонь между ног и поглаживает промежность. От вида и близости этих голых детских тел возбуждение женщины росло с каждой минутой. Делая вид, что моется, она намыливала свои большие сиськи и мяла их, гладила промежность. Наконец она подошла к Антону и сказала…
«Давай, Антош, я тебе помогу». Взяв у мальчика из рук мочалку, она принялась намыливать его грудь, плечи, несколько раз провела мочалкой по животу. Затем ее рука опустилась к члену внука. Антон вздрогнул. Елизавета Сергеевна развернула его к себе спиной и намылила ягодицы.
«Надо хорошенько помыть тебе попку. Давай, наклонись и раздвинь ножки», сказала она.
«Но бабушка, я там уже мыл», возразил Антон.
«Самому неудобно. А я тебе помою так, чтобы попка у тебя была чистенькой. Давай, наклоняйся». Антон наклонился и раздвинул ноги. Елизавета Сергеевна намылила руку и провела ей несколько раз между ягодиц внука.
«Нет, так неудобно. Машенька, подойди сюда». Обе девочки уже перестали мыться и увлеченно наблюдали за бабушкой и братом.
«Что, бабуль ?», спросила Маша, подходя к бабушке.
«Помоги ка мне. Положи Антошке на попку руки. Вот так. А теперь раздвинь их как можно шире», сказала Елизавета Сергеевна».
«Бабушка, не надо», запротестовал Антон.
«Не спорь. Маша, ну давай, раздвигай». Маша раздвинула ягодицы Антона и увидела его сморщенный анус. Бабушка принялась нежно намыливать его круговыми движениями пальцев. Затем приставила палец к анусу и надавила. Антон вздрогнул. Намыленный палец легко вошел внутрь. За ним последовал второй.
«Вот так. А теперь хорошенько помоем внутри, чтобы все у нас там было чистенько», сказала Елизавета Сергеевна и начала двигать пальцами вперед-назад.
«А теперь надо хорошенько помыть пипиську. Поворачивайся». Антон повернулся. Бабушка снова намылила руку и обхватила ей его мягкий член. Немного его погладив, она взяла в ладонь его член вместе с яйцами и стала сжимать и разжимать кулак. Вскоре она почувствовала, что член внука встает и уже не помещается в руке. Тогда она обхватила ладонью его ствол и начала быстро его дрочить.
«Вот так, вот так… Хорошенько помоем. Чтобы была чистенькая пиписька у моего мальчика». Антон закрыл глаза и облокотился спиной на стену. Маша стояла рядом и во все глаза смотрела на член брата и на то, что с ним делает бабушка. Женя тоже встала со скамейки и подошла к ним с другой стороны. Через минуту Антон громко застонал и кончил. Из раздувшейся бордовой головки брызнула густая сперма, попадая на пол и на бабушку. Женя удивленно вскрикнула. Маша же немигая смотрела то на покрасневший член брата, то на крупные капли спермы, стекающие у бабушки по плечам, сиськам и животу. Елизавета Сергеевна одной рукой поглаживала начинающий опадать член внука, а другой — размазывала по своему телу его сперму. Антон медленно сполз по стене и так и остался сидеть, закрыв глаза. Женя ухватила бабушку за руку и потянула ее за собой…
«Бабуль, бабуль, помой и мне письку. Я тоже так хочу. Мне тоже будет так хорошо, как Антошке ?».
«Конечно», улыбнулась ей Елизавета Сергеевна, «Даже лучше. Садись ка на скамейку и раздвинь ножки». Опустившись перед Женей на колени, она стала поглаживать правой ладонью промежность девочки. Левую же руку она опустила себе между ног и стала гладить свою щель…
Маша стояла рядом с братом и не двигалась с места. Рука ее находилась у нее между ног. Небольшие соски затвердели и торчали немного вверх. Она опустилась перед Антоном на корточки и потрясла его за плечо. Мальчик открыл глаза и посмотрел на сестру. Маша смутилась и отвела взгляд, но через секунду посмотрела брату прямо в глаза и спросила…
«Антош, ты сейчас кончил, да ?»
«Да».
«Это приятно ?»
«Это здорово. Это просто, просто… Я не знаю, как сказать»
«Ой, как здорово ! Я никогда не видела, как мальчики кончают». Тут Маша опять опустила глаза и тихо спросила…
«Антош, а можно мне… можно я твою пипиську потрогаю ?», сказала она и покраснела.
«Конечно можно. А… а я — твою, хорошо ?», смущаясь, пролепетал Антон.
«Хорошо», радостно кивнула Маша и раздвинула пошире ноги. Антон несмело протянул пальцы к промежности сестры и начал гладить ее щель. Маша же в свою очередь несмело дотронулась до члена брата. Покрутила его в разные стороны, потрогала яйца. Затем, осмелев, обхватила член ладошкой и стала его сжимать и разжимать, как делала бабушка. Вскоре член опять напрягся. Маша во все глаза смотрела, как под ее рукой растет пиписька брата.Сжимая ладонь в очередной раз, она опустила руку и оголила бордовую головку.
«Ой ! Как здорово !», вскрикнула она, «А тебе так не больно ?»
«Нет».
«А можно я еще так сделаю ?»
«Конечно». Маша принялась медленно водить рукой вверх-вниз по члену Антона, оголяя и закрывая головку. И тут Антон, исследовавший пальцами ее щель, задел напряженный клитор. Маша вздрогнула и прошептала…
«Ой, а потрогай там еще, пожалуйста». Антон принялся несмело поглаживать торчащий клитор сестры. Маша прикрыла глаза и тяжело задышала. Рука ее крепче обхватила член брата.
«О-ох, как здорово. Я и не думала, что это так приятно. Пожалуйста, не останавливайся. Мне так нравится !»
«А ты что, разве никогда себе так не делала ?», удивленно спросил Антон, считавший, что раз уж он уже дрочит, то его старшая сестра и подавно.
«Я хотела попробовать, но боялась. Мне недавно подружка рассказывала, что она себе так делает, но я все не решалась сделать это себе».
«А как ты поняла, что я кончил ?», спросил Антон, уже намного уверенней поглаживая промежность сестры, «Ты что, уже видела это когда-нибудь ?» Член его уже встал полностью, головка блестела от смазки. Машина рука все также медленно двигалась по всей длине члена вверх-вниз, только крепче сжималась ладонь.
«Нет, я никогда не видела», ответила Маша, «Мне об этом тоже подружка рассказывала. Все та же».
«А что она тебе рассказывала ?»
«Много чего. Я правда думаю, что она все врет. Хотя может быть и нет. Она говорила, что как-то гуляла в нашем парке, и там познакомилась с каким-то дядей. Он сводил ее в кино, купил мороженное, еще много подарков, а потом пригласил к себе домой. Они смотрели телевизор, ели торт. Потом он попросил ее раздеться. И она ходила по квартире совсем голенькой. А дядя трогал ее писю и сиси. Потом он тоже разделся и начал дергать свою пипиську. Он ей много рассказывал про девочек и мальчиков. Это она еще не успела мне рассказать. Показал ей, как гладить писю, чтобы было приятно.Сначала он ей гладил, а потом она сама. И ей очень понравилось. Она и мне предлагала, но я уже сказала, что я побоялась. Правда, зря. Теперь я вижу, что это на самом деле очень приятно», в этот момент Антон сжал ее клитор двумя пальцами и Маша тихонько застонала, «Вот… А потом он опять дергал перед ней свою пипиську и кончил. Это тоже он ей все объяснил. Предлагал ей попробовать молочко, которое у него из пиписьки брызгало. Сказал, что оно очень вкусное, но она испугалась и не стала пробовать… А оно правда вкусное ?»
«Не знаю, я не пробовал».
«Можно я потом твое попробую ? Вдруг и вправду вкусно ?»
«Попробуй… А что она еще рассказывала ?»
«Я уже и не помню. Сказала, что уже несколько раз ходила к этому дяде. Она все время ходит у него дома голенькая, сидит у него на коленках, гладит перед ним свою писю. Они смотрят телевизор, едят мороженное. Потом дядя дергает свою пипиську, кончает, и она уходит домой…» В этот момент их разговор прервал протяжный, громкий стон. Они обернулись и увидели Женю, сидящую на скамейке с широко разведенными и согнутыми в коленях ногами. Перед ней на коленях стояла бабушка, но что она делает было не видно, так как бабушка находилась к ним спиной.
«Пойдем посмотрим», предложила Маша.
«Пойдем», ответил Антон, с сожалением убирая ладонь от влажной и горячей промежности сестры.

ДРУГИЕ РАССКАЗЫ ПО ЭТОЙ ТЕМЕ: