Дождь

Увеличить текст Уменьшить текст

     Тяжелые капли барабанят по стальным листам на крыше, создавая сплошной, немного гулкий, успокаивающий и уютный шум, из которого время от времени различались удары тяжелых капель о жестяной дождевой паз, и мерное журчание воды падающей из паза в бочку.
     Я люблю когда идет дождь, тогда кажется, что никто не ходит по улице а все сидят дома и смотрят телевизор, и я один из них.
     В деревне (дачей это назвать сложно, из за того что дачники, в обычном понимании этого слова, там не водятся), как стемнеет, редкая женщина одиноко возвращаясь с работы просеменит по тропинке, уходящей по прямой до дальнего поселка, еще реже проедет машина. Но в дождь особенно пусто на улицах, одним словом стояла полная идиллия. И дождь, прямой, спокойный и сильный молотил по крыше принося эту идиллию на улицу и в душу.
     В комнате тихо работал старенький «Рубин». Однако до меня доходили лишь обрывки отдельных фраз, которые меня и вовсе не интересовали.
     […и-и-и вновь в эфире ток-шоу Поле Чудес…]
     Часы на стене хрустели при каждом повороте секундной стрелки. В тускловатом свете лампочки, одиноко светящей с люстры, тогда как две ее подруги давно перегорели, я сидел на старом, но таком удобном креслице, что вставать с него не хотелось, будь то потоп или землетрясение, и придавался раздумьям, так кстати навалившимся на меня, и невероятная трезвость в этот момент радовала меня еще больше чем дождь. И пользуясь небывалой за весь день ясностью ума, я обдумывал какие-то важнейшие проблемы и задачи, впрочем, вскоре неожиданно прерванные и из-за того напрочь забытые.
     […вращайте барабан… и тема сегодняшней игры ..]
     Дун-дун-дун… — стучало за окном, и попеременно били тяжелые капли о жестяной подоконник, то в левом окне, то в двух правых. А за окнами тяжелая непроглядная тьма обволакивала стекло и прерывалась лишь яркой кромкой рамы озаренной уличным фонарем. О присутствие дождя можно было узнать только по звуку, издали окно представляет собой неизмеримо черный квадратик бездны.
     […лекламная пауза… (смех)…]
     Безмятежность прервал быстро повторяющийся стук, и как показалось сначала он был не природного происхождения. Я привстал и прислушался, звук больше не повторялся. «Какого черта там носит» — мысленно чертыхнулся я. Но тревога больше не дала мне спокойно размышлять. Я медленно встал и посмотрел на окна. За окном улица на мгновение осветилась белым светом, я подошел ближе к окну и через несколько секунд небо огласил басовитый рокот, который удалился куда-то на восток. Капли стекали по стеклу размазывая картину за окном.
     Совершенно неожиданно для меня, вдруг за стеклом чуть под подоконником мелькнуло что-то светлое и замерло. Как раз в этот момент небо озарила еще одна вспышка, и на этот раз грохотнуло посильнее. Сердце екнуло, в голове промелькнули тысячи мыслей, что за существо хочет ворваться ко мне в дом через окно. Но тут я разглядел маленький кулачек, который постучал в стекло с той стороны.
     В голове у меня возникла только одна мысль: «Сашка»
     Сквозь струи воды на меня глядело Сашкино светлое личико.
     Сашка — мой двоюродный племянник, 9-летний славный мальчик. Он всегда ездил ко мне на велосипеде поиграть в приставку которую я привозил на лето на дачу, и мы часто играли и проводили время вместе хотя разница в возрасте была почти 18 лет. Я не видел его с прошлого лета, и теперь какая-то томная тревога поднялась от живота и замерла под сердцем. Как он изменился за это время? Как изменилось его отношение ко мне? О чем я думаю? Бедный, что он здесь делает в такое время?
     — П-привет! — сквозь стук зубов только и смог вымолвить Сашка, когда я открыл ему дверь.
     Через мгновение, я уже закрывал за ним дверь, а он мокрый стоял у меня в прихожей, и, сложив руки на груди, трясся и стучал зубами. С него текло на половик, и небольшая лужица образовалась под его сандалиями. Он заметно подрос за этот год и превратился из пухленького мальчика в худощавого симпатичного стройного юношу. Мокрый, с мокрыми темными волосами, облегающими голову и залепившими лобик, в одной футболке и бриджах, которые теперь облегали его тело и свисали с него, он был такой трогательный и маленький, что я с трудом подавил в себе желание прижать его к себе и согреть своим телом.
     — Ты что на ночь глядя приехал? — недоумевал я, хватая полотенце с сушильной веревки, и начал с силой растирать его грудь и худые плечики, от чего его мотало как куклу. Потом я перешел на голову и начал полотенцем вытирать его волосы.
     — У бабушки спать негде, — начал он оправдываться с, трудом выговаривая слова сквозь полотенце, — Я отпросился к тебе.
     — И тебя отпустили? — допрашивал я, закончив вытирать, и оставив полотенце у него на плечах, как воротник, и поглядел ему в лицо. Волосы его теперь заметно посветлевшие торчали в стороны, а личико раскраснелось, и на щеках от прилившей крови выступили розовые обводы, от чего его личико приняло здоровый цвет. Сейчас он был похож на ангела. От него пахло такой свежестью, как от Афродиты которая только что вышла из морской пены.
     Он опустил взгляд, отчего сделался еще более трогательным, и стал точь-в-точь таким каким я его запомнил с прошлого лета.
  &nbsазал мальчик и шмыгнул носом.
     — Снимай футболку, — сказал я и снял с него полотенце.
     Он взял за воротник и с неохотой его оттянул.
     — Давай, давай, — и я взялся за полу футболки и помог ему стянуть ее с себя.
     Голенькое тельце немного трясло, я невольно положил свою горячую левую ладонь ему на животик, а правой рукой накинул ему на плечи полотенце, и чуть стянул его на груди, от чего мальчик ссутулился и стал похож на галчонка, скидывая в это время с ног мокрые сандалии. Он поднял руки и сам взялся за махровое полотенце, еще больше укутываясь в нем. Я потрогал его кулачки в которых он сжимал края полотенца, они были ледяными. Потом поддавшись родительскому инстинкту машинально потрогал его лобик, он тоже был прохладный.
     — Быстро в комнату, — скомандовал я, и Сашка пулей метнулся и прыгнул в кресло.
     Раздалась полифония телефона. Я достал из кармана аппарат и нажал на кнопку, которая в подтверждение пикнула. Трубка заговорила взволнованным женским голосом и что-то спрашивала.
     — Да, теть Наташ: д: да приехал: — сказал я в ответ.
     Трубка успокоилась, но продолжала что-то горячо объяснять.
     — Да все в порядке, пусть у меня переночует: ну: да, да: да конечно: угу: ну все: ну пока.
     В комнате послышался чих.
     Я положил трубку в карман, и крикнул в комнату:
     — Санек, штаны мокрые тоже снимай, — в надежде на то, что он не постесняется их сбросить пока меня нет.
     Приготовив на кухне напиток жизни, состоящий из смеси зеленого чая, зверобоя, мяты, меда и коньяка, я поднес его Сашке, который так же сидел в кресле и в штанах, и не замечая меня, увлеченно смотрел телевизор.
     — Ну что мне их с тебя стянуть? — спросил я поставив кружку с целительным зельем на столик рядом с креслом.
     — Что там, чай? — спросил Сашка глядя на кружку, уводя разговор в другое русло.
     — Я сказал — снимай! — строго скомандовал я.
     — Да зачем? — протянул Сашка, подобрав под себя ноги в мокрых носках, — они почти сухие, — и ротик его непроизвольно начал расползаться в улыбке в предвкушении того, что я за это с ним сделаю.
     С бриджей просто текло, и на чехле кресла образовались темные мокрые пятна.
     Я, закусив нижнюю губу, и сделав хищное выражение лица, схватил Сашку за талию и начал насильно стягивать с него шорты, приговаривая:
     — Итак мне все кресло залил, засранец.
     Сашка звонко смеялся и пытался вырваться, потому что я успевал одной рукой щекотать его животик. Я чувствовал как напрягаются его крепенькие мускулы, я чувствовал теплоту его тела. Потом я перевернул его вниз животом и он повис у меня на левой руке, а правой я стянул шорты с его попки, которая оказалась обтянута белыми трусиками. Бриджи были скинуты на пол мокрым комком. Сашка остался в кресле почти голый, сидеть в позе лотоса на скомканном полотенце, все еще нервно хихикая.
     Я не чувствовал такого даже год назад. Он очень изменился. А может быть я? Но он просто мальчишка, как и все. Живой, заводной, звонкий, веселый паренек. Который в восторге от моих: хм: ласк. Я потянулся к его трусикам и пощупал их, они тоже были мокрые.
     — Так, давай-ка снимай все, — сказал я решительно.
     Ангелочек несколько растерянно потупился, но потом что-то с ним произошло, решительно и хмуро он снял сначала левый носок, потом правый, при этом мышцы икр его напрягались и я не мог не заметить их безупречности. Он шлепнул мокрые носки на пол, потом встал, потянул за резинку трусиков вниз и наклонился. В это время я накинул ему на спину другое полотенце, побольше, бросив мимолетный взгляд на его попку, белую на фоне коричневой спины, упругую, правильной формы из-за постоянной езды на велосипеде.
     После этого мы расселись, я в кресло, он на диванчик, и разнежились в приятной обстановке. Малыш, обернутый словно младенец в полотенце, выпил чай с коньяком и заметно раскраснелся от алкоголя. Мы болтали еще пару часов. Сашка сидел, подобрав под себя ноги, и только краешек розовой ступни, с маленькими пальчиками и аккуратными розовыми ноготками, торчал из-под него. Он рассказывал как он весь день с

ДРУГИЕ РАССКАЗЫ ПО ЭТОЙ ТЕМЕ: