Анечку сегодня не унять!

Увеличить текст Уменьшить текст

Всё это время в Аниной голове зрели реваншистские настроения. Ей очень хотелось придумать такое испытание для наших лизунов, в котором она смогла бы меня одолеть. И когда настал очередной четверг, она пришла ко мне со своим Борей. Потом подтянулся и Андрейка. По Аниному сосредоточенному виду было ясно – девчонка что-то замышляет. Чтобы парни не нервничали раньше времени, я усадила их за комп рубиться в пулялку.

— Всё. Я придумала! – Воскликнула Аня

— Угу, небось всю неделю план прорабатывала, чего бы такого поизвратистее сбацать?! Перед зеркалом репетировала! А сейчас пришла и типа такая, хоп, и придумала… внезапно!

— Ну-ну, давай, поехидничай! Неважно, когда придумала. Главное, что всё это нужно проделать.

Дальше последовало подробное описание всего того, что мы должны были вытворять с нашими лизунами. Парни с перепугу перестали пуляться в свою игру и конечно же внимательно слушали, переглядываясь по ходу её увлекательного рассказа.

— Аня, если тебя показать специалистам, то представляешь, сколько психиатров сможет удачно защититься на твоём примере!

— А ты, Ксюшонок, продолжай ёрничать. Потом сама втянешься и будешь просить нас составить тебе компанию.

Её увлекательный рассказ плавно и ненавязчиво перетекал в игровую форму изнасилования. Она уже легла на пол и развела ножки в шпагат. Отсутствие трусиков под юбочкой выдало её заблаговременную подготовку.

— Вот, а теперь самое интересное, — взахлёб живописала Аня, — Андрейка кладёт голову мне между ног затылком вниз, лицом вверх. А ты садишься сверху тоже на шпагат. И наши ступни будут соединены вместе при помощи вот чего… Боря! Принеси там в пакете тапки и дай их Ксюхе.

— Что это ещё за хрень? Они же подошвами склеены попарно.

— Агась! Это чтобы наши стопы не соскальзывали друг с дружки. Я надену тапки, а к ним приклеена твоя пара тапок, и таким образом…

— Поняла я. То есть ты заранее уже всё продумала и подготовилась.

— Да, продумала. Ну и что? Теперь смотри, ты будешь опираться руками об стену, чтобы не упасть, а я буду поднимать тебя, твой вес, путём сведения ног так, чтобы твоя киска отольнула от лица Андрейки. Вы с ним в команде против меня с Борей. Ну и вот, фишка в том, чтобы выяснить, кто сдастся первый: я, если вдруг устану и больше не смогу поднимать и опускать твой вес на шпагате, или же Андрей не выдержит твоих смачных приземлений вульвой на его лицо.

— Подожди, то есть если ты сдашься, а он нет – это значит, что наша команда в первом туре победила, и его смазливое личико выносливее твоих стройных ножек? А если Андрей раньше сдастся, это значит, что ваша команда в первом туре победила.

— Да. И ещё тонкость момента в том, что если я слишком высоко буду тебя поднимать, сводя ноги из шпагата, но быстро устану, но зато удары об его лицо будут гораздо сильнее из-за большой высоты, и таким образом его лицу тоже придётся несладко. А если не буду высоко поднимать – то и не устану, но тогда и лицо лизуна тоже не устанет. Поэтому я буду стараться поднять тебя как можно выше, чтобы потом ослабить ноги, и ты вписалась с большой высоты прямо в его личико. И тогда он попросит пощады, и я победююю!!!

— Анька, ты конченная извращенка!

— Я знаю.

— Это ж надо такое придумать! А если я буду тоже ноги напрягать, чтобы смягчить, ну или там замедлить приземление, чтобы Андрейкино личико не слишком сильно изнашивалось?

— А так не честно! Я буду следить, чтобы твои ноги были расслабленными. А если будешь жульничать, то ваша пара проиграет. Понятно тебе?!

— Да у куда яснее! А если я себе всю писю отобью и раньше всех вас сдамся?

— Ты? Отобьёшь? Хи-хи-хи! Когда такое было?

— Дурочка ты, Анька!

— Вставляй свои ножки в тапки, и начали!

Пришлось мне принять участие в этих безумствах, потому что она всё равно бы не отстала. Я взгромоздилась на эту шаткую конструкцию, и Аня принялась сводить ноги изо всех сил. Погружённое в мои пухленькие половые губки личико Андрея отольнуло, и я медленно стала набирать высоту. Поскольку мои ноги тоже сводились вслед за Аниными, поднималась я довольно быстро. Её ноги напряжённо гудели, и эта вибрация передавалась мне. А когда она решила, что достаточно, то ослабила ноги, и я со всей этой набранной высоты плюхнулась своей промежностью прямо на лицо Андрею.

— У-у-у-у-у!!! – Застонали мы хором.

Точнее стонали мы с Аней, а лизун мычал мне прямо туда. Видимо ему прилетело аккурат по носу. Хотя он у него погрузился прямо в мою влажную мякоть, удар был весьма ощутимым.

— Анька! Ты что, совсем что ли? Больно же!

о Андрейка не вскакивает как обычно.

— Аня, чё-то он походу травмирован что ли. Ну-ка встань!

Она поднялась и села рядом, постанывая от боли в бёдрах.

Я принесла пульверизатор для цветов и стала брызгать на него, Боря принёс нашатырь из аптечки в ванной. Наконец Андрейка пришёл в себя и мигом вскочил на ноги.

— Ну вот, Анечка, живой твой братец! А я уж подумала, что прибила насмерть парнишку пиз…ёнкой!

— Так это что получается, что он без сознания был что ли? Получается, что он и сдаться даже не мог!

— Ага, стоял в неравной битве промеж двух писечек до потери сознания, не сдался… Кстати, а что ты там в правилах придумала по поводу потери сознания?

— Ничего. Сейчас посмотрим, как Боря себя покажет.

— Я боюсь, — подал голос Боря, — вдруг вы меня расплющите.

— Боречка, ты не бойся, — решила я немного его успокоить, — у меня нет таких садистских наклонностей, как у Ани. Я не буду её высоко поднимать и швырять со всей дури пиз…ой об твоё лицо.

Я легла на место Ани и развела ноги в шпагат, нацепив тапки. Боря понимал, что от него не отстанут, и нехотя прилёг затылком на мою промежность. Анька залезла в тапки и какое-то время тёрлась киской о Борино лицо.

— Чего ждёшь, поднимай, — заверещала она, поняв, что я опять жульничаю.

— Да погоди ты. Пусть он там немного дойдёт без воздуха. Зачем поднимать, если он итак скоро сдастся?

— Ну Ксюша! Ты опять начинаешь! Кому сказала поднимай, иначе я засчитаю твоё поражение!

Пришлось мне напрячь бёдра и начать сводить ноги. Поднимать Аньку оказалось совсем непросто. Поняв, что эта пигалица всю неделю тренировалась, я поймала себя на мысли, что не смогу поднять её столько же раз, сколько она меня. И тогда я решила просто задать колебания своими ногами, чтобы они передались её ногам, и она стала подпрыгивать вверх-вниз.

— Ксю-ю-ю-ю-ша-а-а-а!!! Ты чего-о-о-о? Делай нормально! Так нечестно! – Возмущалась Анька, но было поздно.

Просто очень хотелось опять её обломать.

— Боря, язык высунь и отлизывай ей. Щас мы её будем мучить.

Боря послушно заработал языком, от чего Анька тут же потекла. Она стала материться и всячески возмущаться, мол, я правила нарушаю.

— Анька, ты сама виновата. Нужно было обозначить минимальную высоту и частоту поднятий.

Но она меня уже не слышала, потому что млела от кунилингуса. Но тут вдруг внезапно она тоже начала напрягать бёдра синхронно со мной, чтобы подниматься выше. Чавкающие звуки стали громче, а Боря вдруг стал мычать. Видимо он почувствовал лёгкие соударения. Приближаясь к оргазму, Аня уже сама стала задавать темп, не обращая на меня внимания, и старалась максимально свести ноги, чтобы подняться повыше, а затем плюхнуться на лицо Бори изо всех сил.

— Аня, это же Боря! Он с тобой в одной команде, а ты на него плюхаешься. Вы же проиграете!

— Да мне пофигу уже. Потому что ты везде жульничаешь. Я просто хочу кончить. Так что не мешай мне.

Сдаваться я не собиралась. Мне нужно было лишь дождаться, когда Боря попросит пощады. И когда Аньку пробил оргазм, его личико тут же начало принимать потоки кончи. Я решила напрячь ноги, чтобы Аня не смогла приподняться. Её вес играл мне на руку, так что как бы она не старалась, осилить меня у неё не получалось.

— Ну Ксюша! Так нельзя! – Завозмущалась она сквозь оргазмические конвульсии, поняв, что я не даю ей приподняться и тем самым ограничиваю дыхание Бори.

Наконец он стал захлёбываться и постучал рукой по полу. Я скинула Аньку со шпагата. Она всё ещё билась в оргазме и пыталась со мной ругаться.

— Ань, а в твоих правилах про оргазм чё-нибудь есть?

ДРУГИЕ РАССКАЗЫ ПО ЭТОЙ ТЕМЕ: